Главная » Бла-бла »Всё »Путешествия »типа best))) » Город

Город

Сентябрь 19, 2008 Бла-бла, Всё, Путешествия, типа best))) Нет комментариев

Давненько я не был в этом городе. А раньше ездил часто. Он мне не нравился, казался скучным и унылым. До тех пор, пока не приехал сюда вместе с близким человеком. Тогда я понял, что город не виноват, что скучным и унылым был я, несмотря на показную бодрость. Понял, что получить удовольствие от путешествия в компании исполнительно утомительного и экономно скучного зама по маркетингу сложнее, чем от прочтения бизнес-плана производства жироотделителей. Потом, когда я узнал этот город другим, я почти полюбил его и перестал путать командировки с путешествиями. Работа и отдых смешиваются также плохо как молоко с лимонным соком. Одно другое портит. Все же город мне стал нравиться после поездки с близким человеком. Он оказался очень солнечным, красивым и смешным.

Работа стала другой, и я перестал приезжать сюда по делам, а это не Париж, чтобы ездить сюда просто так. И я скучал. Ну, правда, я по нему скучал. Хотел снова съесть горячий хлеб в самолете, взять такси в самом удобном аэропорту, пройтись по затоптанным улицам, съесть вонючую селедку на ужин в ресторане подальше от туристов, посмотреть на пьяные физиономии бывших викингов. Но лететь туда было не нужно, и я стал постепенно забывать и отвыкать. Начал привыкать к другим маршрутам. Все же я знал, что мне доведется еще раз побывать в этом городе. Нет, не верил, не надеялся, а просто знал. Знал, что полечу, но не знал зачем и когда. Вот была такая странная уверенность.

И вот я лечу в этот город. Знаю зачем, но не могу сообщить об этом всем. По делам. Рейс очень ранний. Такой ранний, что ставит вопрос: “А стоит ли вообще ложиться спать?” Можно и не ложиться вовсе, если есть возможность выспаться по прилету. На этот раз такой возможности нет. Но я поспал часа четыре.

Вспомнил армию, где часто спал по четыре часа. Я любил ходить в караул, сначала разводящим, потом начкаром. В карауле была своя жизнь. Можно было спокойно общаться с ребятами, читать книги, жарить картошку и пить чай. Главное, что время в карауле шло быстро, быстрее, чем в казарме. Караульная служба приближала дембиль, расставание с этим абсурдным армейским миром и возвращение к нормальной жизни. И я часто ходил в караул, привык спать по четыре часа, иногда спал больше, один раз проспал проверку. Когда в соседней части вырезали спящий караул, чтобы забрать оружие — “калаши”, магазины с патронами и гранаты, я перестал спать, когда положено было бодрствовать и навтыкал бойцам, чтобы были начеку. В армии все просто. Не выспался, не беда. Голова плохо работает от недосыпа, зачем ей вообще работать. Хуже, если сонный боец, разряжая автомат, выстрелит, любой выстрел — залет. Залет — мозготрепка. С караула меня все равно никто не мог снять. Мои залеты, казались командирам мелочью, когда они представляли, что вместо меня начкаром заступит какой-нибудь чурбан. Они этого очень боялись и многое мне прощали. Да и залетов то на карауле, в отличии от казармы и разных учений и полигонов, у меня было не много. Проверяющие знали, что у меня четко поставлена система оповещения о проверках, в которой были задействованы не только мои часовые, но и дневальные по всем казармам, и дежурный по штабу. Некоторые офицеры были очень азартны и пытались запутать всех моих информаторов, но все равно в результате они находили строго уставной порядок в караулке. Только однажды, одному капитану удалось обойти все “посты”, он пробирался зимой по глубоким сугробам, там, где никто не ходил, и туда не смотрели наблюдатели. Он перелез через забор караульного помещения, а мы его не видели, я спал, хотя не должен был. Задремала и “бодрствующая” смена. Он разбудил меня. Я редко, когда видел такую довольную физиономию. А мне после смены было ехать в отпуск. Он знал об этом. Я ему говорю: “Ты выиграл, мы тебя упустили, но не будь сукой, я хочу в отпуск, не стучи на меня”. Он помолчал, потом сказал: “Хорошо”. И ушел. Когда он меня будил, я подумал, что будет хуже.

В самолете меня разбудила стюардесса и сунула тарелку с едой. Я и сам не заметил, как задремал. Я редко сплю в самолетах. Не люблю такой рваный сон в неудобной позе. Конечно, я не выспался, но понимаю, что сил на то дело, ради которого я лечу, у меня хватит. Болтать языком не такая уж серьезная нагрузка. Да и пожевать чего-нибудь пришло время.

Хлеб был холодным. В “Аэрофлоте” никогда не дают горячий хлеб. Удивительно отношение к хлебу в нашей стране. Несмотря на то, что десятилетиями говорилось о том, что хлеб — всему голова, что хлеб — хозяин, настоящего культа хлеба у нас никогда не было. Такого культа, как в странах Северной Европы, где хлеб выпекается и продается множества сортов, и он очень вкусный. Если у нас ели хлеб с маслом, то потому что не было сыра и колбасы, тогда как в Северной Европе просто обожают хлеб с маслом. Они знают в этом толк. И в самолетах там дают горячий хлеб.

В нашем самолете хлеб был холодным, но летел он хорошо. Приземлились мягко и вовремя. Аэропорт очень вырос, стал больше. А вот и знаменитый пол, похожий на палубу огромного корабля. Паркет, покрытый маслом. Почему-то у нас принято покрывать паркет лаком, чтобы блестело, а маслом, на мой взгляд, красивее и, говорят, надежней. Так что мажьте масло на паркет.

Сел в такси. Как удобно, когда такси стоят в очередь. Подходишь к первому, залезаешь на заднее сиденье, и поехал. Почему так везде, кроме наших аэропортов? Неужели так трудно построить очередь из такси? Почему мы вынуждены 9 раз отвечать нет на вопрос: “нужно такси?” На десятый вопрос ничего не остается, кроме ответа: “идите нах”. Потом иногда следует вопрос психотерапевтический: “почему такой злой”. Да потому что достали вы братцы со своим такси. Надо будет, я сам подойду.

Таксист был из юго-восточной Азии, но, благодаря навигации, доставил меня точно по адресу. Переговоры продолжались два часа, шли очень удачно для меня, но неожиданно получили развитие, когда я вернулся в аэропорт.

Телефон зазвонил, когда лежал на ленте досмотра. Так и трезвонил в рентгеновском ящике. Звонящий явно собирался дождаться ответа. Я ответил. Звонящих было несколько, это был конференц звонок. Звонили мои партнеры, те с кем я провел переговоры час назад. Оказывается, пока я ехал в аэропорт, они позвонили какой-то суке или им позвонила какая-то сука и дала информацию, которая, по их мнению, сильно меняет дело, а может и не сильно меняет, но они хотят услышать мое мнение. Интересный ход: ударить по рукам, проводить в аэропорт и, зная, что ты не вернешься, потому что скоро рейс, дать по телефону новую вводную. А ты стоишь с лотком, в котором лежат портфель, ноутбук, куртка, пиджак, часы и брючный ремень, в одной руке и с телефоном в другой. И хочется ответить как-то резко, но я сдерживаюсь, предлагаю проверить, то есть опровергнуть, новую информацию при помощи тех, кто знает тему. Звоню тем другим, прошу помощь, сам, понимая, что раунд остался не за мной. Я злюсь, хочется что-нибудь ударить. Никогда я не был в таком настроении в этом аэропорту. Мне звонит один старый знакомый, который живет в этом городе, как-то и до него дошло, обещает помочь. Я продолжаю злиться, тупо хожу по промасляному паркету любимого аэропорта, забредаю в бизнес — зал. Вид жующих по-разному респектабельных господ немного успокаивает. Я решаю больше ничего не предпринимать. Пускаю на самотек. Чему быть, того не миновать. Настроение все равно паршивое.

В самолете настойчиво предлагают выпить. И это было бы очень кстати, но в Ш-2 меня ждет мой автомобиль. Я стараюсь по разным причинам ездить в аэропорт на такси, но сегодня сам сел за руль. Радует то, что по дороге домой смогу слушать любимую музыку, а не уважаемый таксистами шансон или еще чего-нибудь. Стюардессы продолжают уговаривать перейти с воды на вино, я прошу коньяк и убираю мерзавчика в портфель.

Хлеб на этот раз горячий и разный. Я беру темную булочку, и чувствую, как тепло проходит через руку. Аромат хлеба наполняет салон, напоминая запах старых булочных в центре Москвы. Не уверен, что много осталось в Москве таких булочных. Знаю одну на Сивцев Вражке, где я снимал офис года три назад.

Небо ясное, облака белые и плотные как снег в горах. Не могу отвести от них взгляд. Смотрю, пока глаза не чувствуют боль.

Узнать бы, что за сука звонила моим партнерам. А может, и не было звонка. Или уже нет?

Комментарий к этой заметке:







типа best)))

МНОГО СНЕГА

Декабрь 21, 2013

МНОГО СНЕГА

Это старая моя зарисовочка, была потеряна, затем найдена на бумаге и восстановлена. В некотором смысле первый опыт. Находясь в Москве, невозможно понять, что такое много снега. Не дают ему здесь власти. Бывает, что покажет снег свою силу, но полный привод, шипованная резина, снегоуборочная техника, экологически вредные химические реагенты не дают ему развернуться. По-настоящему почувствовать, что [...]

Лебедь, рак и суки

Январь 15, 2011

Лебедь, рак и суки

Он с детства любил конец года. Чувствовалось приближение праздника, а взрослые вспоминали и удивлялись тому, как много всего произошло в завершающемся году. Он любил смотреть выпуски новостей, программу «Время» в конце года, где так интересно и поражающе напоминали, какой важный уходит год, как много было событий, кто из известных людей умер, кто побывал в космосе [...]

F&G, Ch.2

Декабрь 18, 2010

F&G, Ch.2

Пока ещё не все забыли, что такое F&G, а я не дописал вторую часть, публикую неоконченную версию второй главы F&G. Москва, семья, университет, друзья затенили мою сибирскую историю. Я быстро переключился на привычную для себя столичную жизнь и едва ли вспоминал происшедшее со мной в Радужном, не смотря на яркую необычность и спасительную трагичность того [...]

F&G, Charter 1, Whight Knights

Декабрь 22, 2009

F&G, Charter 1, Whight Knights

В Сибири нельзя бросать людей в беде. Потому что тяжело, сложно, не выжить, если не помогать друг другу. Я много раз получал эту неожиданную, но очень необходимую поддержку, а иногда спасение, от абсолютно незнакомых людей, большинство из которых, оказав помощь, исчезали из виду, даже не дав возможность сказать им спасибо. Потому что делали это не для благодарности, а потому что так надо, такая жизнь, иначе нельзя.

Voilà!

Ноябрь 5, 2009

Voilà!

Мы поехали в Париж. На этот раз в командировку. Написал для вас короткий отчёт в смс стиле с фотографиями. Бывает, смотришь на толстого пьяного грязного гражданина, идущего по проходу самолёта на посадке, и думаешь: «Только бы его место не оказалось рядом с моим». И точно, рядом. Падает почти на меня, на всякий случай извиняется. Повезло)) [...]

ОФИС

Октябрь 14, 2009

ОФИС

Он всегда считал, что офис – это важно. Чтобы не тратить ежедневное время в пробках, чтобы была аура хорошая и удачливая. Чтобы туалет был свежим, а кофе вкусным из машинки, а секретаршу хотелось бы трахнуть. Не делать этого, а только хотеть, чтобы всегда быть эстетически возбуждённым.

Ты боишься своего начальника?

Апрель 29, 2009

Ты боишься своего начальника?

У меня вообще проблема с начальниками. Я их никогда не боялся, тем более до степени той, когда хочется набить морду. Есть проблема, что я очень требовательный к начальству и ничего не могу с этим поделать.

Последние комментарии

Архивы

sidorov.ru